Общество

Мобилизация по-казачьи

Каждый раз, лишь только враг вторгался в пределы России, на помощь регулярной армии приходило народное ополчение. Так было и в период Отечественной войны 1812 года, в разгар которой на территории области войска Донского состоялась небывалая мобилизационная кампания. В тяжелые дни для России, когда наполеоновская армия все дальше продвигалась вглубь ее территории, Платов обратился с призывом к жителям Дона стать на защиту Родины.

К июню 1812 г. на службе в действующей  армии  находились  3-й эскадронный лейб-гвардии Казачий полк,  тысячный  Атаманский  полк, 61-й  пятисотенный  полк, две роты Донской казачьей конной артиллерии (24 орудия); 2 рабочих полка и 2-сотенная команда.

20 июля 1812 г. Войсковая канцелярия получила Высочайший манифест от 6 июля, препровождаемый указом Правительствующего Сената, о сборе внутри государства земского ополчения. Вечером того же дня Войсковая канцелярия приняла решение «О составлении с земель войска Донского всеобщего воинского ополчения».

В соответствии с этим решением был  сделан  наряд  по  всему  Войску Донскому  офицерам,  урядникам, казакам, калмыкам и татарам, причисленным  к  войску.  К  ополчению причислялись служилые, какие только есть налицо при войске, а так же окончившие срочную льготу и прибывшие  из  полков,  состоявших  на службе и находившихся в домах более года. Кроме этого в состав ополчения входили офицеры и казаки рабочих полков, а также 19-летние «малолетки», записанные в этом году в казаки и приведённые к присяге.

В первых числах августа наказной атаман  Андриан  Денисов  получил предписание  войскового  атамана Матвея Платова от 26 июля, в котором он повторил все распоряжения, сделанные Войсковой канцелярией 20 июля, что явилось дополнительным руководством по формированию казачьего ополчения на Дону. Этим же предписанием Платов распорядился сформировать из служилых чиновников и казаков команды численностью от 300 до 500 человек и отправить их в 1-ю Западную армию.

Согласно  предписанию,  чиновники и казаки, состоявшие в двух рабочих  полках,  занятых  на  строительстве Новочеркасска, были сняты с работ и распущены по домам, где им позволялось пробыть самое короткое время для подготовки к походу, а затем прибыть на назначенные им сборные места.

Специальными  решениями  Войсковая канцелярия предписала сыскным начальствам записывать в полки штаб-  и  обер-офицеров,  урядников и  писарей,  занимавших  различные должности в начальствах и станичных правлениях, заменяя их людьми старыми  и  слабыми.  Специальные чиновники были направлены «в низовые  места  и  на  рыбные  ловли,  до морских гирл и по-над морем до города Мариуполя» с приказом всем «в промысле находящимся чиновникам и казакам возвращаться в станицы и готовиться к походу».

Хопёрское  сыскное  начальство разослало  по  станичным  правлениям  предписание  о  возвращении в  станицы  казачьих  команд,  находившихся  на  службе  по  охране лесов.  Вместо  них  предполагалось отправить  неспособных  к  службе объездчиков. Ввиду недостатка офицеров для формируемых полков по распоряжению Андриана Денисова две комиссии войскового суда (одна в Новочеркасске, другая в станице Старочеркасской) были слиты в одну –  освободившиеся  штаб-офицер  и урядник поступили в полк.

Даже казакам, служившим на почтах, было предписано также готовиться к походу, хотя временно они оставались на своих местах.

Кроме того, через сыскные начальства было сделано воззвание о созыве в  ополчение  отставных  офицеров, урядников,  казаков  и  калмыков  не старше 55 лет, которые могли носить оружие, а также «малолеток» не мо- ложе 17 лет. Однако были и исключения. Например, в одном из полков числился есаул Широков 60 лет, а в другом – хорунжий Малахов 16 лет.

Руководство  формированием, снаряжением  и  отправкой  в  армию казачьих полков было сосредоточено в воинской экспедиции Войсковой канцелярии, являвшейся одновременно канцелярией  наказного  атамана.  В округах этим занимались сыскные начальства, в которых были назначены специальные чиновники из донского генералитета, именовавшиеся окружными начальниками, и их помощники из  числа  штаб-офицеров,  которые ведали учётом казаков, их снаряжением  и  распределением  по  полкам. Каждому  округу  было  предложено выставить определённое количество полков. Станичные правления отвечали  за  сбор  казаков  своих  станиц. За  подготовкой  к  походу  калмыков и татар следил пристав над калмыками, отчитывавшийся перед наказным атаманом. Записанные в ополчение казаки  собирались  по  станицам  и должны были быть готовы в 24 часа выступить на сборные места.

5  августа  был  получен  Высочайший  манифест  от  18  июля,  ограничивавший формирование ополчения в трёх округах. Однако, несмотря на то, что область войска Донского не включалась в число губерний, формирующих ополчения, Войсковая канцелярия приняла решение продолжить сбор ополченческих казачьих полков.

30  августа  1812  г.  наказной  атаман генерал-майор Андриан. Денисов 6-й получил из Москвы предписание Матвея Платова о выступлении полков казачьего ополчения к Москве. Атаман  предписывал  полкам  идти «форсировано,  без  роздыхов,  делая переходы не менее 60 вёрст в сутки». В этом же распоряжении он писал, чтобы 17- и 18-летних «выростков» в поход не отправлять, «ибо они, по молодости лет своих, будут составлять один  только  счёт,  а  при том  надобно,  чтобы  они  оставались  в  домах, сколько для отбытия по внутренности войска повинности, столько и для надзора за имуществом». Таким образом, «малолетки»,  не  принимавшие  ещё присяги, были исключены из списков ополчения.

В тот же день. Денисов приказал полкам войсковых старшин Попова и Кутейникова, сформированным из служилых казаков, немедленно выступить со сборного места при р. Тихой и следовать в 1-ю Западную армию. Первый полк выступил 31 августа, а второй 1 сентября. Кроме того в армию были отправлены две команды служилых казаков, предназначенные для пополнения убыли в полках, находившихся  в  действующей  армии, общей численностью 830 человек.

Одновременно были направлены предписания  окружным  начальникам,  чтобы  бывшие  рабочие  полки и казаки, записанные в ополчение, в течение 24 часов выступили из своих домов на сборные места.

В период с 8 по 20  сентября  24 полка и полурота конной артиллерии выступили в поход.

Каждый полк имел в своём составе полкового командира, 16 офицеров, 10 урядников, 1 писаря и 550 казаков, всего  578  человек.  Исключение  составлял полк генерал-майора Алексея Иловайского, который имел в своём составе полкового командира, 17 офицеров и 562 урядника и казака.

По прибытии в действующую армию  полки поступили в  партизанские отряды подполковника Дениса Давыдова  и  капитана  Александра Сеславина, в Калужское ополчение, а также в состав авангарда генерала от инфантерии Михаила Милорадовича и во вновь сформированный казачий корпус генерала от кавалерии Матвея Платова.

В конце сентября из оставшихся в войске 19-, 18- и 17-летних «малолеток»,  которые  были  способны  к строевой службе, исключая бедных, не имевших средств для приобретения необходимого снаряжения, были сформированы  запасные  полки.  В мае-июне  1813  г.  четыре  запасных полка (команды), укомплектованные 19-летними  «малолетками»  общей численностью 2000 человек, выступили в поход в Германию для пополнения полков, находившихся в действующей армии.

Таким  образом,  в  состав  народного ополчения для защиты Родины вступили пятнадцать тысяч верных сынов тихого Дона.